Взгляд из Донбасса: «Здесь нет сепаратизма. Здесь мародерство и воровство»

Взгляд из Донбасса: «Здесь нет сепаратизма. Здесь мародерство и воровство»

Александр Меланченко Александр Меланченко

Алексей МАЦУКА, журналист: Это студия «ОТВД», я Алексей Мацука. И мы продолжаем нашу серию интервью с людьми, которые живут на Донбассе о тех инициативах, которые сегодня предлагает Киев и правительство и Верховная Рада, и президент в отношении не только Донбасса, но и всех регионов Украины. Но так как у нас телевидение Донбасса интересует в первую очередь Донбасс. Наша студия находится в Славянске это территория Донецкой области. Сюда мы приглашаем различных представителей различных партий и организаций движения. Один из таких людей, он активен и имеет репутацию партийного деятеля уже длительное время в Донецкой области. Мы познакомились еще в Донецке, это Александр Меланченко. У Вас теперь статус? Вы лидер партии областной организации «Укроп»?

Александр МЕЛАНЧЕНКО, общественный деятель: На сегодняшний день я заместитель председателя.

Алексей МАЦУКА: Да, но последний раз, когда мы в Донецке виделись, это была партия, по-моему, «Солидарность»?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Нет-нет, в «Солидарности» я никогда не был. Смотрите, была «Нашего Украина», да, потом из «Нашего Украины» вышел Кириленко и создал партию «За Украину» и я был, но мы вместе ушли с ним, и была тогда создана партия «За Украину».

Алексей МАЦУКА: То есть, какая сегодня у Вас «Укроп» уже партия по счёту?

Александр МЕЛАНЧЕНКО:  Смотрите, была «Молодежная партия», то есть всё происходит как бы, ну как бы правильно, как бы одно из одного выходит. Была "Молодежная партия», мы создавали с Юрой Павленко, сегодня он в «Оппоблоке», народный депутат, затем партия "Молодежная» - это партия Украины была одним из основателей партии «Наша Украина». То есть мы практически из «Молодежной партии стали «Нашей Украиной».

Алексей МАЦУКА: Да, все знают эту партийную структуру. То есть это Ваша четвертая, пятая партия?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Это моя четвертая партия. Ноя ж говорю, все они потом из «Нашего Украины», выделился кусочек, стало «За Украину», то есть по существу я не меняю своих: своих поглядов, своих настроений, своих идей.

Алексей МАЦУКА: Можно сказать, что «Укроп» сегодня - это наследница «Нашей Украины», в какой-то степени?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: В какой-то степени, конечно.

Алексей МАЦУКА: А по каким идеологическим признакам?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: «Наша Украина», для меня, тогда «Наша Украина» объединяла украинских патриотов. Сегодня партия «Укроп» пытается объединить украинских патриотов тоже вокруг себя. И это те, и бывшие выходцы, я считаю, «Нашей Украины» там могут быть. Думаем, почему бы я…

Алексей МАЦУКА: То есть, Вы думаете, что в «Оппозиционном блоке» это не патриоты?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Если кто-то из «Оппозиционного блока» вступит в нашу партию, милости просим, главное, чтобы этот человек не был запятнанный в криминальных делах, это человек не был запятнанный в коррупционных делах, и я не вижу проблем. Там такие же граждане Украины.

Алексей МАЦУКА: В партии «Укроп» никто не запятнан?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: На сегодняшний день нет.

Алексей МАЦУКА: Хорошо, но это так небольшой разогрев был о том, чтобы было понятно, чем вы занимаетесь, какие вы правые, левые, центристы, какие у вас взгляды. Так как вы себя называете патриотом, как патриоты на Донбассе, если так сказать, в вашем лице, в вашей партии, организации, коалиции относятся к инициативе Кабмина и Порошенко о децентрализации?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Ну, понимаете децентрализация, в чём проблема децентрализации? Децентрализация была запущена в тот момент, когда начались боевые действия, и необходимы какие-то были политические решения. То, что вопрос децентрализации - так он стоит давно, ну понятное дело, что оно есть…

Алексей МАЦУКА: Ну, вы думаете это нужно сегодня Донецкой области в тех условиях, в которых мы сейчас находимся?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Есть очень большой вопрос. Мы говорим о децентрализация то же, что о цивильной администрации, то есть, понимаете, вот тут противоречие с двух сторон, да, военно-цивильная администрация, которая на себя взяла все функции, функции областного совета и так дальше. И тут же мы говорим, децентрализация и мы отдаем на места больше полномочий. Но одной рукой берем, второй – отдаем.

Алексей МАЦУКА: Но некоторые обвиняют, что местные власти здесь чуть ли не сепаратисты в овечьей шкуре. Недавно один из депутатов на центральном канале сказал, что вот на Донбассе рост пророссийских настроений. Это так?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Смотрите, я тут раскрою одну тайну, я не буду называть фамилию и имя человека. Вы знаете, что у нас постоянно приезжают ротации СБУ. Постоянно, ротация за ротацией. Понятное дело я в силу работы своей с ними встречался когда-то.

Алексей МАЦУКА: Какой работы?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Когда я работал директором Департамента внутренней политики Донецкой областной администрации, мне необходимо было встречаться, общаться с СБУ.

Алексей МАЦУКА: Сейчас Вы как партийный деятель не встречаетесь с СБУ?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Теперь это работа СБУ с нами встречаться. Конечно, они встречаются, они работают, это их работа, и я считаю, что это правильно, работа чиновников встречаться с партиями, узнавать, чем они дышат, как они дышат, и ну какие-то нюансы там, я не знаю там, спросить у них, чем мы занимаемся.

Алексей МАЦУКА: Да, ну давайте мы вернемся к децентрализации?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Да, я вернусь вот к этому товарищу. Когда он приехал сюда, он говорил: «Ой, что же я буду делать, у меня ж другая специализация, а тут контрразведка, там работа вот с …».

Алексей МАЦУКА: Это вы об СБУшнике?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Да, об СБУшнике. Когда прошло 3 месяца, и он уже уезжал домой, и он мне сказал такую фразу: "Ты знаешь, у вас нет сепаратизма на Донбассе, у вас есть мародерство, у вас воровство, у вас все, что хочешь, есть, но сепаратизма нет. У вас тут экономическое преступление». То есть по существу тут никто не собирался, основная масса народа, там, никто не собирался отделяться, еще что-то. Люди думали, особенно верхушка думала: А мы сейчас отделимся – хапнем больше. То есть у них не было идеологии там, Новороссии, идеологии, новой своей страны, или идеологии присоединится к России. Чтоб вы знали, Донецкая область – это одна из областей, куда практически российский бизнес то по существу и не пускали. Реально не пускали.

Алексей МАЦУКА: Сюда вообще никакой бизнес не пускали.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Ну, мы скажем так, российский бизнес, если мы говорим о сепаратизме, да, и да, любой другой бизнес сюда не пускали. И потому то была идея, что мы быстренько хапнем, мы тут договоримся с центром, чтоб нам дали больше полномочий, чтоб нам дали больше возможности тут урвать себе. Вот это было. А сепаратизма, вот этой идеи, да, вот сравнивать Донецкую область там с басками, сравнивать их с ирландцами - это невозможно.

Алексей МАЦУКА: Ну, хорошо, децентрализация, ее основная цель это…

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Дать полномочия больше на местах.

Алексей МАЦУКА: Да, больше на местах. Но в одной из программных статей «Зеркало недели» в четырнадцатом году, из чего собственно начался процесс, было объявлено что это и способ борьбы с сепаратизмом.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Ни в коем случае это не способ борьбы с сепаратизмом.

Алексей МАЦУКА: Потому что, якобы громады, например, Мариуполя, будут разобщены с громадами Славянска, и громадами когда-то появившегося Донецка, и поэтому не будет единого или регионального центра для элиты.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Ну, я бы здесь бы не согласился. Еще раз говорю, здесь нет идей сепаратизма. Поэтому бороться децентрализацией против сепаратизма не имело смысла. Здесь была идея вот больше получить полномочий, чтобы мы, элита Донбасса, да, элита Донецка, больше получили инструментов влияния на те решения, которые они могут приниматься здесь. Вы ж посмотрите, вот эти вспышки так называемые «сепаратизма» - это в кавычках, да, я их называю в кавычках, вспыхивали у нас Донецкой области тога, когда власть уходила, ускользала у них из рук. Когда был при власти Янукович, не было никаких идей там об отделение, да. Когда он был премьер-министром, потом стал президентом, всё, была тишина. Но как только донецкая элита теряла власть в Киеве или не влияла, скажем так, в Киеве, она тут же вытаскивала пугало в виде Пушилиных, а тогда Пушилина не было, Пургина, вот это, да, вот этих людей, которых в Донецке били. Ну, вы же помните, да, в четырнадцатом году кого избили в Донецке, это Пургина и второго вот этого

Алексей МАЦУКА: Лягина.

Роман Лягин

На фото: Роман Лягин на митинге сторонников ДНР около областной прокуратуры. В 2014 году Лягин называл себя главой ЦИК ДНР

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Лягина, да. Нас не побили. Побили их. Почему? Потому что их не узнавали, их даже не знали. Вот пришли ребята из того же Донецка, с окраины и их побили.

Алексей МАЦУКА: Скажите, а пугало, там понятно, кто вы пугало считаете, а кто с этой стороны? Кого украинская власть достает здесь, как пугало?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: А украинской власти не надо никого доставать как пугало. Почему? Потому что мы слишком большие, то есть 50-миллионная страна, и скажем, я не вижу никаких пугал со стороны Украины. А зачем нам пугать нашу Донецкую область или Луганскую, зачем ее пугать? Скорее больше придумывали пугало, на месте их придумали. Да, то есть местная наша элита придумала, что есть бендеровцы, «Пора», помню, была придумана, да, потом придумали «Правый сектор».

Алексей МАЦУКА: Ну, хорошо, если бы мы с вами были в школе, вы учителем, и дневник бы вам дали, поставили предмет «Децентрализация на Донбассе» сколько бы поставили оценку?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Тройку.

Алексей МАЦУКА: Из пяти?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Ну, да, из 5 троечку, конечно.

Алексей МАЦУКА: И звонит вам вот родитель ученика и говорит тройка за что?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Почему, да? Ну, потому что, еще раз скажу, вот той целостной идеи децентрализации нет ещё в государстве. То есть я прекрасно понимаю, что это была вытащенная идея Ткачука, это один из первых народных депутатов, у него сформирована классная идея.

Алексей МАЦУКА: Не только, там целая плеяда.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Понятно, что он был не один, но и с его именем всё это связано, он лет 20 бился с этой идей, и вдруг когда она понадобилась элите, да, украинской, стали-кинулись: А какую взять, какую идею, о, Ткачук, а у него уже всё сформировано. Рядом Гройсман (он работал много с Гройсманом, когда ещё тот был мэром Винница)…

Алексей МАЦУКА: Что вы думаете, они полноценный проект придумали?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Я бы сказал бы, что он не доработан, до конца не доработан.

Алексей МАЦУКА: В 2015 году, когда возле Верховной Рады, все помнят, граната упала и погибли люди, Парубий сказал, что пока идет война, ни о какой децентрализации речи нет. А как же тогда сегодня выборы громады проходят?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Опять же, пока мы видим объединение громад - это первый этап. То, что необходимо было провести объединение громад, это да. Его необходимо было провести. Почему? Потому что громады у нас разные: кто-то сильнее, кто-то слабее, одни больше, одни меньше. Плюс, давайте скажем, тут больше не для Донецкой области необходима было это объединение громады, больше для Центральной Западной Украины, где вот эти маленькие поселки, маленькие хуторки есть, и у которых такое же местное самоуправление, где поселок на 5 тысяч, да. У нас же все крупные села и поселки, в основном крупнее, есть и поменьше, но в основном крупнее.

Алексей МАУКА: Да, ну причем здесь тогда Мариуполь и Донецк?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Еще раз говорю, что знаете вот, заставь дурака Богу молиться - он обязательно разобьет лоб. Поэтому мы видим, как законы по децентрализации постоянно идут на ходу, вот и их принимают, принимают, принимают, изменения, изменения, то есть, это говорит о том, что оно не до конца доработано, то есть во время работы в этом процессе, да, даже без граждан, мы видим, какие-то есть проблемы, мы видим, что у нас сегодня есть проблемы - невозможно объединять города областного подчинения с селами. То есть, не хватает законодательства.

Алексей МАЦУКА: В этом, в общем-то, и тройка. Хорошо, давайте тогда поговорим…

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Нет, скажем, не в этом тройка. Мы сегодня не проводим выборы на определенных территориях мы не могли проводить выборы, да, в Ильинской громаде. У нас Ильинская громада объединена. До этого там не были проведены выборы в местные советы. А вот в объединенные громады можем. То есть вот эта не согласованность: или мы откладываем там Донецкую, Луганскую область в этом вопросе на тогда, когда закончится война и стрельба. Это было бы нормальное и разумное решение. Или давайте тогда проводить выборы везде. Давайте проводить выборы.

Александр МАЦУКА: В Зайцево?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Зайцево. Давайте там проведем выборы. Сколько там осталось, 5 человек, 3 человека, или кто приезжает туда, там 10 человек, давайте проведем выборы. Опять изберем там голову или еще что-нибудь.

Алексей МАЦУКА: Следующая инициатива, которую предлагает Киев – это пенсионная реформа. И вчера, в среду, премьер-министр Украины Гройсман сказал, что депутаты должны поддержать эту реформу в связи с тем, что по его версии, это значительно улучшит жизнь пенсионеров. Ну, например, мне сейчас 34 года и когда я пойду на пенсию, это будет зависеть от того, будет ли у меня 35-летний стаж моей работы. И если он будет, и это произойдет до 63 лет, тогда я буду претендовать на пенсию. Но моих сверстников, моего поколения, я думаю, немногие дотянут до такого стажа.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Ну, скажем, стаж можно дотянуть. В этом нет проблемы. Тот, кто пошёл в 17 лет там, или в 20-25 лет пошел на завод и работал на заводе, стаж будет. Вы говорите о себе, как вот тот прошарок того, скажем так, среднего, нового среднего класса. Да, у них этого не будет, я думаю, стажа. Почему? Потому что чаще всего это частные предприниматели, да. А у них вот это расщепление, ну вот этот длинный разговор, да, мы не будем им увлекать. Есть специалисты, которые всё это расскажут. У моей жены 10 лет малый бизнес.

Алексей МАЦУКА: Да, ну это у вас хороший пример, малый бизнес, средний класс. Дело в том, что на Донбассе моего возраста не только малый бизнес и средний класс, а и люди, которые оказались на копанках. И где нету зарплаты, где нету сегодня социального пакета, и никто их не защищает. И будет ли эта защита, когда им будет 60 лет?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Смотрите, все равно социальные, так называемые социальные пенсии, они остаются. Да, они маленькие, но они остаются.

Алексей МАЦУКА: По новому проекту даже социальных выплат нет.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Не может быть. Такого не может быть потому что, знаете как, не может быть потому что не может быть. Конечно, необходимо смотреть, как выхолостят депутаты там, любую эту реформу, но такого, чтоб не было совсем, этого не может быть. Тем, кто работает там, на копанках, не на копанках, альтернатива всегда есть, но необходимо откладывать на будущее, на будущую свою пенсию. Вот в чём проблема накопительных всех этих верей? Проблема накопительных вещей - где хранить эти накопленные состояние, да. Почему была удобна солидарная система? Государство на себя функцию, но сегодня брала наши деньги…

Алексей МАЦУКА: Хорошо, вы можете рассказать это с точки зрения - вы партия, вы пришли к власти, что делать?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Сегодня необходимо создавать, давайте скажем так…

Алексей МАЦУКА: Сколько пенсионеров сейчас в Донецкой области?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Я не могу сейчас точно сказать сколько?

Алексей МАЦУКА: То есть, это не ваш ректорат?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Нет, дело не в ректорате. Есть статистика. Ну, порядка 30%, скажем так.

Алексей МАЦУКА: А будет, наверное, 40, да? Потому что рост идёт постоянно.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Смотрите, у нас были провалы в рождаемости. Провалы в рождаемости, как в 90-тые годах, плюс еще провалы в рождаемости еще идут после Второй мировой войты. То есть это будет накладываться. Вот эти два огромнейших провала…

Алексей МАЦУКА: Хорошо, ваша партия пришла к власти, что делать? 40% пенсионеров.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Что необходимо делать? Давайте так, что мир идёт чуть-чуть вперёд. Сегодня мир почему думает о том, чтобы уже платить людям, даже чтобы они не работали, да, сегодня.

Алексей МАЦУКА: Это в Швейцарии так людям платить хотели, но нет этого ресурса.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Смотрите, США и Швейцария уже стоят на пороге это вопроса. Когда мы говорим: «А почему Украина не может этого делать?» Почему? Украина…

Алексей МАЦУКА: Украина сегодня не платит даже тем пенсионерам, которые в Донецке остались, а они живы и здоровы.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Нет. Все их пенсии накапливается здесь и если они сюда приезжают, они их получают. То есть, проблем нет с этим. Нет проблем. И это всё, когда говорят: «Не платят», я говорю: «Да, не платят, потому что есть закон Украины, в котором написано, что пенсионер получает пенсию по месту жительства.

Алексей МАЦУКА: Давайте, о блокаде дальше. А вот что касается пенсионной реформы.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Пенсионная реформа, еще раз говорю, что сегодня мы столкнулись с чем. Что правительство столкнулось с тем, что такое солидарная система? Определенное количество работающих людей кормят неработающих людей. Мы столкнулись с тем, что работающих людей у нас меньше. За счет чего? От, как вы сказали, копанки, и люди не хотят, вот бардак. Сегодня правоохранительная система не хочет выявлять тех людей, которые работают, но неофициально.

Алексей МАЦУКА: Ну, почему. В Славянске выявляли, здесь был огромный митинг. И их не позвали потом на выставку, чтобы представить их работы, потому что они все нелегалы.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ: На грани выживания. Керамический бизнес в Славянске переживает глубокий кризис

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Ну, смотрите, для этого нужно опять же, общаться с людьми, вести разъяснительную работу, давать какое-то время людям на легализация этих рабочих мест. Если эти люди не поняли, тогда уже принимать меры. А вот так вот, давая свободу, да кто… Мы прекрасно понимаем, что вот эти люди, которые не работают, да, они не просто в воздухе, они значит с кем-то решают проблемы. Не может бать, да. Вот все у нас глупые…

Алексей МАЦУКА: Я не знаю, с кем решает проблемы, например шахтер из Макеевки, которые работали до блокады на шахте Макеевки, а теперь вынужден ездить в Доброполье за 200 гривен за смену отрабатывать. Нелегально.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Я думаю, решают. Просто так они пересекает КПВВ.

Алексей МАЦУКА: Да, но они уедут тогда в Москву на заработки.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Опять же, смотрите, мы говорим о том, что есть, решают за них вопрос. Если человек работает нелегально, все это видят. То есть вряд ли там правоохранительные органы не знает о том, что же где-то что-то происходит. Если, я не знаю, что что-то где-то происходит, они должны: А – пресечь. Если не пресекают, два выхода: первое, или коррупция, или второе, они неспособны. Если не способны - они должны уйти, если они способны к коррупции, то их должны посадить. То есть, нет политической воли, нет принятия решения, что с определенного дня то мы даем какое-то время, там полгода, три месяца, год, даём время для того, чтобы легализовать. Ведь посмотрите, что сделало сегодняшнее правительство? Хорошее, плохое, оно снизило налоги на заработную плату, и говорит: «Мы снижаем налоги, а вы покажите, пожалуйста, легальную заработную плату».

Алексей МАЦУКА: Но это достаточно спорный момент.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Нет, нет, нет. Они специально это сделали. Бизнес не пошел на встречу. Что делает правительство? Оно поднимает в два раза…

Алексей МАЦУКА: Среднюю заработную плату.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Не среднюю, а минимальную заработную плату. Для чего оно поднимает в два раза? Чтобы вернуть эти налоги. Да, оно сначала дало послабление, сказали: «Вы сами сделайте». Если бы бизнес сам это сделал, оно б не поднимало эту планку. Но бизнес максимально не пошел на встречу.

Алексей МАЦУКА: То есть, я знаю, у вас магазин в Константиновке, да, есть?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Да.

Алексей МАЦУКА: У вас все в штате работают?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Ну, конечно.

Алексей МАЦУКА: Все отчисления платят все продавцы?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Конечно, конечно. У нас нет продавцов. Мы больше сдаем в аренду предпринимателям, и у нас все предприниматели официальные.

Алексей МАЦУКА: То есть, это ваше здание просто там?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Да, это наше здание. И я скажу, что нам даже пришлось с одним из предпринимателей проститься, потому что у нас было требование, реальное требование, чтобы он зарегистрировался, чтобы он не пытался затеряться среди других людей, которые работают, и честно платят налоги, а платил точно так же налоги. Ну, что я могу сказать. Этот предприниматель ушел, недалеко снял ларек и спокойно теперь работает.

Алексей МАЦУКА: Он не куркуль случайно? Я напомню нашим зрителям, что есть такая инициатива председателя области Жебривского о куркулях.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ: Украинский донецкий куркуль - кто это?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Все-таки, я надеюсь, что Жебривский не до конца разобрался.

Алексей МАЦУКА: Почему? Почему вы думаете, он не мог разработать, он книжку написал.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Давайте, ладно, не будем обсуждать Жебривского, во-первых, его нет, ему проще в лицо сказать. Это он может там за глаза какие-то глупости говорить, я…

Алексей МАЦУКА: То есть вы сталкивались, с тем что сплетни распространяли о вас?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Ну, да. Ну, это любимое дело. Я считаю, что в работе это не правильно.

Алексей МАЦУКА: Но он же здесь – глаза Президента.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Ну, знаете, опять же говорю, что здесь, я всегда говорю: есть два момента. Если его не снимают – значит, Президенту это нравится.

Алексей МАЦУКА: А вам нравится?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Мне - нет.

Алексей МАЦУКА: Вы себя не называете куркулем?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Нет. Не называют. Причем тут, я – куркуль.

Алексей МАЦУКА: Ну, вот смотрите, мы перед эфиром горовили: «Взгляд из Донбасса», надо говорить из Донеччины».

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Да.

Алексей МАЦУКА: А по моему Донеччина – это один сематинтический ряд вместе с куркулем и теми другими словами, которые определяет современное поле, по версии Павла Жебривского.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Ну, знаете, есть более современные названия куркуля – предприниматель. Поэтому я бы хотел бы и все-таки, чтобы мы не шли вот туда, назад, в архаичную жизнь, когда-то куркулями называли, кулаками или ещё чем-нибудь. Есть предприниматели, есть фермеры. Давайте называть нормальными словами, те которые приемлемы в обществе.

Алексей МАЦУКА: Боитесь, что если есть термин кулак, то будет раскулачивание?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Ну, я не боюсь, но просто, ну, зачем придумывать, вот смешить людей я скажу так, государственный чиновник не должен смешить людей. Государственный чиновник не должен заниматься тролингом, государственный чиновник должен работать в первую очередь.  

Алексей МАЦУКА: Ну, вот, а вы разве не занимаетесь смешными вещами?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Партия, кстати, тоже не имеет права заниматься…

Алексей МАЦУКА: Но вы же в начале сказали, вы разделяете партийную и общественную работу.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Да разделяю, поэтому говорю, что общество имеет право, партия - это та группа людей, которые завтра придут к власти. И она должна показать себя.

Алексей МАЦУКА: О чем тут, о чем на Донбассе сегодня можно посмеяться. Вот если это хороший, добрый юмор?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: О чем? Так я думаю…

Алексей МАЦУКА: О куркулях. Вот, о куркулях мы посмеялись. Что еще может быть?

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Еще о чем можно посмеяться? Да, обо всем. Мы ж ведь живем точно так же, как и везде. Единственное, не смешно, я думаю, вот ближе вот там, 50-километровая зона к линии разграничения. Там не смешно. А мы здесь живем все-таки той мирной, нормальной жизнью. Мы даже, может быть, иногда не замечаем, что мы живем на войне. А по существу, мы живем на войне. От нас попытались спрятать тех же военных.

Алексей МАЦУКА: Скажите, а блокада – это хорошо или плохо? Блокада Донецка.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Мы не говорим блокада.

Алексей МАЦУКА: Я так и знал, что вы сейчас скажите, что это не блокада Донецка…

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Да. Это не блокада Донецка, это линия разграничения, которая должна быть под особым контролем и через нее не должны ходить. Блокада это… Я хотел бы увидеть, чтоб вы хоть в одном месте, в документе государственном, нашли слово «блокада». Нету этого слова. Блокада, это знаете, например, как куркуль, вульгарное такое слово, а это совершенно другое.

Алексей МАЦУКА: То есть это все оттуда: блокада, куркуль…

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Куркуль, да, да, да. Это одного поля ягоды.

Алексей МАЦУКА: Хорошо. А давайте теперь тоже в слова поиграем, в ассоциации. Я вам называю слово, а вы мне говорите слово-ассоциацию на это слово. Константиновка.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Родина.

Алексей МАЦУКА: Донбасс.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Донеччина.

Алексей МАЦУКА: Жебривский.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: ВПО.

Алексей МАЦУКА: Порошенко.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Президент.

Алексей МАЦУКА: Захарченко.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Неизвестно кто.

Алексей МАЦУКА: ДНР.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Чудо какое-то.

Алексей МАЦУКА: Неля Штепа. Тут два слова, но оно звучит как одно.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Даже не знаю. Знаете, с одной стороны немножко смешно, да. Вот та ситуация которая была, а с другой стороны, это трагикомичная ситуация. Скажем, она попала в трагикомичную ситуацию. В эту ситуацию мог попасть любой мэр, к кому прошел бы этот знаменитый, там, Гиркин, Диркин, Стрелков, непонятно, Бабай. И они попали бы в эту ситуацию.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ: Эксклюзивное интервью в Нелей Штепой на ОТВД

Алексей МАЦУКА: И последнее слово – реформа.

Александр МЕЛАНЧЕНКО: Нет.

Алексей МАЦУКА: Спасибо, Александр, что были сегодня с нами в студии «ОТВД», я думаю, будем видеться здесь еще много раз, и за вашу оценку и мнение, которые вы высказали для наших зрителей.

0

СЮЖЕТЫ
Жители неподконтрольного Донбасса чаще обращаются за свидетельствами о рождении в непризнанные структуры
Суды на подконтрольной Украине территории Донетчины ежегодно принимают около 5 тысяч решений о выдаче свидетельств о рождении детей в оккупации.
12 декабря, 19:36
Как жителям неподконтрольных территорий получить свидетельство о рождении
Верховная Рада упростила процедуру установления факта рождения.
11 декабря, 10:56
Зима в Авдеевке началась без газа и частично без отопления
Новый газопровод планировали сделать до конца октября, однако до сих пор местные жители – без газа и частично без отопления.
11 декабря, 08:49
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ